Физрук

Фома, долгие годы служивший верной тенью и незаменимым помощником могущественного покровителя с темным прошлым, внезапно оказывается выброшенным на обочину жизни. Его увольняют, отправив на нежеланную пенсию, лишив не только работы, но и смысла существования, который для него заключался в этой особой близости к власти и силе. Охваченный отчаянием и обидой, он разрабатывает дерзкий, на первый взгляд простой план: проникнуть в жизнь своего бывшего босса через его ребенка. Фома намеревается устроиться в школу, где учится сын его патрона, чтобы, завоевав доверие мальчика, снова напомнить о себе и вернуться в привычный круг, восстановив утраченные позиции. Однако с самого начала все идет не так. Его расчетливый подход терпит крах в первый же день, и вместо быстрого триумфа Фома вынужден задержаться в учебном заведении на неопределенный срок, оказавшись в ловушке собственной интриги. Попадание в совершенно чуждую среду – шумный, эмоциональный и непредсказуемый мир школьных коридоров, уроков и детских проблем – становится для Фомы испытанием, переворачивающим его жизнь с ног на голову. Этот мир, живущий по своим, непонятным ему законам честности, уязвимости и простых человеческих чувств, кардинально отличается от той жесткой и циничной реальности, в которой он существовал прежде. Постепенно, вопреки своему первоначальному замыслу, он начинает втягиваться в жизнь этого маленького сообщества. Через общение с учениками, их наивными надеждами и страхами, через столкновение с самоотверженностью некоторых учителей Фома сталкивается с проявлениями человечности, которые он давно в себе задавил. Неожиданно для самого себя он начинает не просто наблюдать, а по-настоящему участвовать, защищать и заботиться. Эта вынужденная роль заставляет его пересмотреть все свои прежние ценности и приоритеты. В конечном итоге, пытаясь изменить ситуацию вокруг себя, Фома преображается внутренне, обнаруживая в себе не только бывшего громилу и исполнителя, но и человека, способного на искренние поступки и изменение собственной судьбы, найдя новый смысл не в служении силе, а в простых человеческих связях.